О богословии перевода

Люцифер

05 октября CE 2007 16:00

В ответ на О богословии перевода (Alex, 27 сентября CE 2007 06:55)

Светики,

> А вот в плане множества икон-переводов - не совсем, хотя твои доводы логически безупречны.

Если они логически и богословски безупречны, то почему не совсем?
Что ты получаешь взамен пренебрегая не только логикой, но и богословием? Чего ради? Ради привычки? Ради обороны? Но ведь приняв их ты лишь усилишь свои позиции и увидишь горизонты, которые ранее были для тебя недоступны не потеряв ничего из сокровищ, которыми ты уже обладал. Что ты обретаешь взамен сейчас?

Я понял бы тебя, если бы ты несогласился с логикой рассуждений и привел богословские аргументы ее опровергающие, но сейчас это выглядит очень странно - согласись?

> Уникальность перевода наследуется от уникальности Св.Писания, оно у нас
> одно. Прежде чем могла быть создана Септуагинта, Александр Македонский
> покорил всю вселенную и сблизил культуры. И книги Моисея были озаглавлены не
> в еврейском, а эллинском стиле. Уникальный исторический переход. Или - был
> поставлен такой муж как бл.Иероним прежде, чем появилась Вульгата. Так вот,
> не всякая инициативная группа получит от Бога время, место и способность,
> чтобы сделать перевод, который не будет уступать оригиналу.

Уникальность бывает разная. Мировой Океан уникален потому что он один - нет на планете второго. Но уникально и Баренцево море, не потому что других морей больше нет - а просто Баренцово только одно.
В общем случае, уникальность перевода это, разумеется, уникальность второго типа - однако не совсем, потому что многообразие переводов это, по большей части, явление нового времени. Тексты, которые ты называешь: Септуагинта, Вульгата были в значительной степени уникальны для своего времени, языка и культуры именно по первому типу. Они были единственными.

Да, были и другие переводы на греческий - но появились они уже после Септуагинты, после того как последняя стала активно использоваться в диаспоре грекоговорящими евреями. Аналогично, существовавшие до Иеронима переводы Библии на латынь были фрагментарны - а перевод делался официально по поручению римского епископа и вводился им же.

Не нужно пояснять, что к единственному тексту бесмысленно высказывать претензии. Хорошо уже то, что он есть! Именно так Септуагинта получила свой авторитет у грекоговорящих иудеев диаспоры, хотя говорить о адекватности этого перевода разумеется не приходится! Ты прекрасно знаешь сколько греческих философских понятий было туда внесено - но ведь понять это может лишь тот, кто очень хорошо знает оба языка и обе культуры. А таких всегда, во всех странах и во все времена было мало - будь их много и перевод бы не потребовался! Кстати, СП появился в очень похожей ситуации - отличие старо-славянского языка от русского XIX века стало уже настолько велико, что появилась насущная необходимость в новом переводе, который был бы доступен любому обывателю.

Септуагинта и Вульгата были уникальны в значении единственности - это нормальная и единственная для перевода возможность обрести первый тип уникальности. Заговорив об уникальности одного перевода в условиях существования множества этих текстов - мы начнем превращать икону в идола. Зачем оно нужно? Какие преимущества это дает?

Л.